Кто камни нам бросает с высоты, И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощёный двор когда-то мерил ты: Булыжники и грубые мечты — В них жажда смерти и тоска размаха! Так проклят будь готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге весёлых дров не жгут. Немногие для вечности живут, Но если ты мгновенным озабочен — Твой жребий страшен и твой дом непрочен! Пешеход Мандельштам - Паденье — неизменный спутник страха, И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни к нам бросает с высоты — И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощеный двор когда-то мерил ты — Булыжники и грубые мечты — В них жажда смерти и тоска размаха… Так проклят будь, готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут!

Паденье - неизменный спутник страха (Осип Мандельштам)

Пользователи добавляя информацию на сайт . Удаление информации от пользователя возможно только при согласии редакции. Добавляя текст на сайт пользователь соглашается, что администрация вправе не удалять текст даже по просьбе автора.

Мандельштам знал, что каждая его строка, каждое его сочинение внимательно прочитываются. Тем не Паденье — неизменный спутник страха.

И самый страх есть чувство пустоты. И деревянной поступью монаха Мощеный двор когда-то мерил ты: Так проклят будь готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут.

Кто камни нам бросает с высоты, И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощеный двор когда-то мерил ты: Булыжники и грубые мечты — В них жажда смерти и тоска размаха! Так проклят будь, готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут.

Осип Эмильевич Мандельштам. Осип Мандельштам. Паденье — неизменный спутник страха. Паденье — неизменный спутник страха.

Воспоминания Человек этот отозвался, когда Д. Встреча была минутной — поговорили об осуществимости переправы на Колыму в дни военной тревоги. Старческий вид лагерника, мнимого или настоящего Мандельштама, не свидетельствует ни о чем: Но как сопоставить эти сведения с моими данными? Можно предположить, что Мандельштам вышел из больницы, когда все знавшие его уже рассеялись по лагерям, и прожил тенью еще несколько месяцев или даже лет. Есть ли основания считать человека, встреченного Д.

Осип Мандельштам. Паденье — неизмѣнный спутникъ страха...

Паденье - неизменный спутник страха, И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни нам бросает с высоты, И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощеный двор когда-то мерил ты: Булыжники и грубые мечты - В них жажда смерти и тоска размаха! Так проклят будь, готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут.

Осип Эмильевич Мандельштам. Паденье - неизменный спутник страха, И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни нам бросает с высоты.

И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни нам бросает с высоты, И камень отрицает иго праха? Мощеный двор когда-то мерил ты: Булыжники и грубые мечты — В них жажда смерти и тоска размаха! Так проклят будь готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут. Но если ты мгновенным озабочен — Твой жребий страшен и твой дом непрочен!

Осип Мандельштам. Паденье — неизменный спутник страха

В одном из юношеских стихотворений Мандельштам написал: И действительно смерть придет? А на вопрос Ирины Одоевцевой: Просто я не уверен в том, что умру.

Паденье - неизменный спутник страха (О.Э. Мандельштам). автор: Шипицова Елена. К будущей персональной выставке

Оттуда он бежал, но куда? Читая его стихи, с удивлением видишь, что для Мандельштама оказывается родной любая эпоха, любая культура, в которую он погружается, куда он входит, как в родной дом. В году он был крещен в епископско-методистской церкви, однако главным для него оставалось то, что гораздо позже К. Для него была очевидна неразрывная связь христианства и культуры. В советское время оставаться культурным человеком было так же непросто, как и верующим, собственно говоря, это было фактически одно и то же.

Мандельштам нигде непосредственно о вере не говорит, но его строки дышат красотой христианской традиции и культуры, живым дыханием божественного откровения.

Осип Мандельштам

И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни нам бросает с высоты, И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощеный двор когда-то мерил ты: Булыжники и грубые мечты - В них жажда смерти и тоска размаха!

“Паденье — неизменный спутник страха ”: если считать, что камни бросает Бог, а не земное притяжение, то камень — лишь мертвый булыжник, храм.

Паденье — неизменный спутник страха, И самый страх есть чувство пустоты. Кто камни к нам бросает с высоты — И камень отрицает иго праха? И деревянной поступью монаха Мощеный двор, когда-то, мерил ты — Булыжники и грубые мечты — В них жажда смерти и тоска размаха Так проклят будь готический приют, Где потолком входящий обморочен И в очаге веселых дров не жгут! Немногие для вечности живут; Но, если ты мгновенным озабочен, Твой жребий страшен и твой дом непрочен! Кто камни къ намъ бросаетъ съ высоты — И камень отрицаетъ иго праха?

Осип Мандельштам. Паденье — неизменный спутник страха...

Posted on / 0 / Categories Без рубрики

Post Author:

Жизнь вне страха не просто возможна, а совершенно достижима! Узнай как можно стать бесстрашным, нажми здесь!